Пн. Июн 24th, 2024

Слова молитвы, которая уберегла в самые страшные часы жизни в марте 1944 года, Елена Семеновна Тесленко и сейчас повторяет дважды в день, на рассвете и перед сном. Как их выучила семилетней девчонкой и кто их подсказал — до сегодняшнего дня для нее самой загадка. Только молитва и вера оставались у измученных холодом, голодом и страшными испытаниями в Озаричском лагере смерти, куда вместе с мамой и сестрами попала Елена Тесленко. Историей своей семьи поделилась жительница Калинковичского района.

Измученное босоногое детство

Когда началась война, погодки-сестрички Ева и Оля Тесленко окончили третий класс, а их младшая Аленка уже представляла, как вслед за ними пойдет в первый. Девчата и не подозревали, какое испытание принесет им и тысячам других детей июнь 1941-го. К слову, жилось непросто — девочек воспитывала мама, отца не стало еще раньше. После вступления в колхоз семье помогли отстроить дом, все налаживалось.

Война ворвалась бесцеремонно. Все, кто остался в деревне, пытались как-то выживать. В одной из хат даже организовали занятия по грамоте и арифметике. Аленка посетила несколько занятий. «На всех одна книга — букварь. Несколько дней походила в ту школку. Потом в 1943 году немцы стали всех гнать из деревни. Так попали мы в Октябрьский район в деревню Порослище. Там просто скопище немцев было. Деревня среди леса, очень много людей ушло в партизаны, а их дома позанимали немцы. Нас погнали на колхозный двор, где «хлевушки» были, колодец, корыта. И нас на конюшню, где лошади стояли, — там и обосновались», — делится Елена Семеновна.  

Пробыли там со второй половины декабря, январь и февраль, а в марте стали немцы «сортировать» людей и выгонять оттуда. Кто был поздоровее, отправляли в машины, укрытые брезентами, и увозили. «Стариков и деток погнали «пешака», по грязи. И так тянулись по бездорожью. В той деревне cдох конь, так пацаны поотрезали шкурки — такая у нас обувь была. До лагеря — больше 20 километров», — отмечает собеседница.

Спасло пальто

Вспоминает Елена Семеновна и еще один случай в Порослище.

На конюшне оккупанты отбирали детей для донорства крови. Едва не коснулась эта участь и Аленки. Спасли девочку неравнодушие и смекалка народная. «Меня спас старик один. У него было такое длинное суконное пальто. Он укрутил меня в него, положил на пол в том хлеве и приказал: «Не шавялiсь, ляжы». А других детей хватали и увозили на кровь», — говорит об ужасающих событиях жительница Калинковичского района.

Зверство над живыми и мертвыми

«Сколько людей пристрелили по дороге!.. Падали, умирали. Когда был привал, немцы сами сели на обочине, а нас не пустили. Смотрели, чтобы мы сидели в грязи, в колеинах. Сами открывали тушенку, ели колбасу, кидали собакам, шнапс пили. А мы не смели пошевелиться даже. Такое пережили, «што хай Господь не дает», — рассказывает Елена Семеновна. Вспоминает, что тогда и предположить не могли, что ждало впереди.

В какой-то момент девочки вместе с мамой отстали от остальных. Стало темнеть. А средняя сестра Оля заразилась тифом, была очень слабая, еле шла. Аленка с мамой переболели чуть раньше, смогли побороть недуг.

«Мы такие слабые были, а Оля идти не могла. Когда появился полицай, мамка стала «галасiць», говорила, что дочечка больная. А он как ударил прикладом сестру в спину, что она упала и не могла встать. Единственное — просила оставить ее, только на обочину перенести, чтобы машины по ей не ездили», — говорит бывшая узница.

Одна из проходящих машин подобрала женщину с детьми. Так их завезли в Озаричский лагерь смерти. «Там нас закинули за колючую проволоку. Такие хвоинки были маленькие на этом болоте, это теперь большие выросли», — дополнила она.

Согреться было невозможно. Нельзя было разводить огонь. Как только где появится хоть искорка — с вышки раздавалась автоматная очередь. Тысячи людей умирали от боли, голода и холода. Кроме тифа, доставляли страданий вши. Бывшая узница вспоминает, что вшей на взрослых и детях — на одежде, теле, головах — было, как на рамках пасечника пчел.

Средняя сестренка не дожила до утра. «Сильно плакала по ей. Мхом накрыли. Никто никого не закапывал тогда. Так и оставались мертвые рядом с живыми. А я замерзла сильненько, и снег сыпал. Как можно было выжить тогда? Смерть на смерти была. Это Бог нас держал», — делится Елена Семеновна.

Когда становилось нестерпимо, маленькая девочка шептала и мысленно читала молитву. То ли услышала ее слова во сне, то ли кто-то рассказал — не помнит точно откуда ребенком узнала этот сильный спасающий оберег.

Пробыли в лагере три дня и три ночи. Третья ночь, по словам Елены Семеновны, прошла спокойнее, а на утро появились советские солдаты. «И все, кто был жив, «грамадою» бросились к ним. Пробирались, как могли. И по неживым шли», — говорит она. Солдаты просили всех быть аккуратнее, идти только по разминированной тропе и ни шага в сторону — вокруг было все заминировано. Шли колонной.

Десять дней ада на болоте: 80 лет назад был освобожден концлагерь «Озаричи»Определялись в деревне на ночлег, кто где мог. «Русский солдат принес «дежечку капусты-шатковки» и всем по щепоточке давал. Говорил, что много нам нельзя, «бо аташчалi cаўсiм», — вспоминает момент после освобождения бывшая узница. Сидя, стоя, лежа — спасенные переночевали в Озаричах и на утро отправились домой.  

Испытания жизнью

От Озаричей до родной деревни километров восемь. Добрались домой, везде все было опустошено. Покидая дом, мама закопала что-то из имущества, но все это было расхищено. Вернулись в пустоту.

Медицинская помощь потребовалась старшей сестре — Еве, ее забрали в госпиталь. Врачи подлечили ее, поставили на ноги. Через время вернулась домой. Вышла замуж за украинца, родили четверых детей. Жили в 12 км от Чернобыльской АЭС. Когда произошла катастрофа, там всех отселили.

«Кошмары мне снятся до сих пор». Бывший узник Озаричей о лагере смерти
Пришлось отправиться к врачам и за спасением от вшей. «Мама и меня повела к военному доктору. Косы свились, сплелись, как тюбетейка стали. Доктор кричал на маму, как допустили такое с девочкой», — вспоминает женщина. Врач налил средство и объяснил, что делать. Недуг удалось побороть, но девчоночка лишилась волос. Только белый пушочек остался на голове. «Меня дразнили дети Аленкой белоголовой», — с улыбкой дополняет она. Со временем все отросло.

Тяжело было в быту, ведь не осталось даже покрывала. Не хватало элементарного — одежды, обуви.

Жизнь после…

Елена окончила семилетку, очень хотела продолжать учебу, но не было возможности. Росла смышленой девчонкой, рукодельницей — чудесные вышивки делала. Повзрослевшая девушка встретила своего любимого — Ивана. Фамилия одна на двоих, хоть и не родственники. Однофамильцы поженились, объединив свои жизни на долгие и счастливые 67 лет. «Четыре месяца не хватило до 68 лет, сильно заболел», — со светлой грустью отмечает она. Родили шестерых детей: троих дочерей и троих сыновей. Правда, двоих сыновей уже нет — трагедия для материнского сердца.

Жизнь Елены Семеновны всегда наполнена светом и трудом. Работала дояркой, в канцелярии, почтальоном — многодетная мама находила на все время.  

В мирный час

«Вы бы знали, сколько кроссвордов я разгадала за последние годы, таких головоломок», — улыбаясь, рассказывает собеседница. Спокойные годы и умиротворенность — лучшая награда за пережитые испытания.  

Уже несколько лет Елена Семеновна живет в доме сына, все дети и внуки приезжают, наведывают, приглашают к себе, привозят гостинцы. Ее главное сокровище — 9 внуков и 13 правнуков, старшему из которых уже исполнилось 20 лет. В начале июня этой замечательной оптимистичной женщине исполнится 90 лет — хороший повод, чтобы снова собраться всей семьей. Все родные и близкие знают о ее непростой судьбе.

Озаричский лагерь смерти был создан в марте 1944 года. Части вермахта, дислоцировавшиеся в двух километрах от Озаричей, оказались в ситуации, когда талыми водами затапливало укрепрайон. Командование понимало, что сдержать наступление Красной армии будет тяжело. Поэтому солдат отвели на запад, а в болота загнали местное население — стариков, женщин и детей, чтобы создать живой щит. Здесь впервые применили бактериологическое оружие — сыпной тиф. По расчетам фашистов, щит из зараженных людей должен был обеспечить отвод немецкой армии и заразить советских солдат 65-й армии генерала Павла Батова.

Большая часть заключенных была детьми. По оценкам историков, к 19 марта освободили 33,48 тыс. человек. Из них 15,96 тыс. — дети до 13 лет, причем 517 — сироты, 14 тыс. — женщины, более 4 тыс. — старики. Средняя продолжительность жизни в Озаричах была около трех суток. Лагерь просуществовал всего 10 дней, погибли в нем не менее 20 тыс. человек. В память узников лагеря смерти в 1965 году создан мемориальный комплекс «Озаричи».  

Обновленный после масштабной реконструкции мемориальный комплекс открыли в декабре 2023 года. Елена Семеновна была на его открытии. С собой принесла корзиночку с нежными цветами, чтобы оставить там, где так безжалостно и преждевременно прервалась жизнь ее сестры. При рассказе о ней, дрожит голос, слезы увлажняют глаза и стекают по щекам.

Бывшая малолетняя узница помнит много деталей о тех страшных днях и ночах, каждый час которых мог стать последним. И спустя годы она делится этими болезненными и ранящими душу воспоминаниями ради одного — чтобы подобные бесчеловечность и зверство никогда не повторилось. Дважды в день Елена Семеновна читает молитву «На небе сиянском, на земле крестьянской…» за своих родных и за мир.

Добавить комментарий